Богданов Игорь Олегович (bogdan_63) wrote,
Богданов Игорь Олегович
bogdan_63

В Омске вынесли приговор по «делу врачей», обвинявшихся в гибели рожениц

Дело о смерти двух рожениц — Оксаны Морозовой и Елены Гайсиной — рассматривалось больше двух лет. Гособвинение требовало для пятерых врачей наказание в виде лишения свободы на срок от 3,5 до 4,5 лет по ст. 238, ч.2 УК РФ (Оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности и повлекших по неосторожности смерть человека).

Вчера, 31 июля, Советский районный суд Омска вынес приговор. Заведующая акушерским отделением роддома № 2 Наталья Анисимова, ее коллега, акушер-гинеколог Оксана Тищенко, а также хирург выездной бригады больницы скорой медицинской помощи (БСМП) Валерий Чикишев были оправданы. Бывшей заведующей отделением патологии беременности роддома № 2 Светлане Чикишевой и акушеру-гинекологу ГКБ № 1 им. Кабанова Пелагее Артеменковой статью смягчили. Их признали виновными по ч.2 ст. 109 УК (причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей), приговорили к двум годам ограничения свободы и тут же освободили в зале суда в связи с истечением срока давности.

Кроме того, Светлана Чикишева, обвинявшаяся в причастности к гибели обеих рожениц, была оправдана по факту смерти одной из них — Елены Гайсиной. Гражданский иск вдовца Руслана Гайсина, выступающего в интересах своего несовершеннолетнего сына, о взыскании денежной компенсации морального вреда в размере 10 миллионов рублей суд даже не рассмотрел. Но за истцом осталось право требовать компенсации в рамках гражданского процесса.

Артеменкова, Тищенко, Анисимова (слева направо). Фото: Лика Кедринская / МБХ медиа

Артеменкова, Тищенко, Анисимова (слева направо). Фото: Лика Кедринская / МБХ медиа

Оксана и Лена

30-летняя Оксана Морозова была миниатюрной и весила при росте 163 см всего 43 килограмма. 8 мая 2014 года она родила здоровую девочку. Состояние малышки опасений не вызывало, в отличие от матери. К болям в животе, которые беспокоили Оксану во второй половине беременности, присоединились другие тревожные симптомы. 11 мая женщину отправили на операционный стол, предположив, что виной всему — внутреннее кровотечение. Но вместо кровотечения доктора диагностировали у Оксаны спайки: придатки с левой стороны буквально «приросли» к кишечнику. Спаечная болезнь была спровоцирована удалением кисты, сделанным Морозовой в марте 2013 года. Во время беременности патологию у женщины обнаружить не смогли, хоть и обследовали ее в условиях стационара из-за тех самых болей в животе.

Оперировал Морозову хирург выездной бригады Валерий Чикишев, ассистировала ему заведующая отделением патологии беременности роддома № 2 Светлана Нефедова (летом 2015 года Нефедова вышла замуж за Чикишева и взяла его фамилию. — «МБХ медиа»).

Операция не помогла. Из роддома Оксану — уже в бессознательном состоянии — перевели в реанимацию БСМП № 1. Ее состояние продолжало стремительно ухудшаться: сепсис, перитонит… 24 мая у Оксаны дважды случалась клиническая смерть, но ее возвращали к жизни. В ночь на 25 мая сердце Оксаны остановилось в третий и последний раз.

Родители Морозовой полагают, что одна из причин гибели их единственного ребенка — естественные роды. Организм просто не выдержал нагрузки. Мать, Нина Иванова, вспоминает, что врач в роддоме успокоила Оксану: мол, и я была такой же комплекции, как ты, а родила сама, без кесарева.

— И Оксана ей доверилась, на свою беду, — вздыхает отец, Владимир Морозов. У Нины и Владимира — почерневшие от горя лица. Несколько лет прошло, но боль в их сердцах так и не утихла. Если кто-то и способен понять их в полной мере в зале заседаний суда, то это родители Елены Гайсиной.

29-летняя Елена Гайсина попала в отделение патологии беременности роддома № 2 в начале сентября 2014 года на восьмом месяце беременности. Ее беспокоили отеки. Позже к ним присоединилось повышенное давление. Лечение эффекта не дало, и женщину стали готовить к досрочным родам.

22 сентября врачи сделали Лене кесарево сечение. На свет появился мальчик. Но Елене не было суждено испытать радости материнства. После родов анализы пациентки, по словам врачей, «рухнули». Сначала ее перевели в реанимацию роддома, затем госпитализировали в Городскую клиническую больницу № 1, где ей занялась дежурный акушер-гинеколог Пелагея Артеменкова.

Диагнозы Лены множились с каждым днем и часом: нарушение свертываемости крови, сепсис, полиорганная недостаточность. Гайсиной сделали несколько операций, но спасти ее не удалось. Она, как и Морозова, скончалась после третьей остановки сердца. Похоронили Лену 22 октября. В этот день ей должно было исполниться 30 лет.

Елена Гайсина (слева) и Оксана Морозова

Елена Гайсина (слева) и Оксана Морозова

Уголовные дела после ток-шоу

После гибели Оксаны Морозовой и Елены Гайсиной их родственники (тогда еще независимо друг от друга) обращались в разные инстанции и пытались инициировать проверки в отношении врачей, но их никто не хотел слушать. До того момента, пока муж Елены Руслан Гайсин не решился от отчаяния придать трагическую историю огласке. 5 февраля 2015 года в эфир вышла программа «Пусть говорят» на «Первом» с его участием, а на следующее утро ему сообщили, что возбуждены два уголовных дела. Позже их объединили в одно, поскольку и там, и там был общий фигурант — бывшая заведующая акушерским отделением патологии беременности роддома № 2 Светлана Чикишева. Обе пациентки поступили в ее отделение. Она их принимала, вела как зав. отделения, помогала при родах, общалась с родственниками Гайсиной и Морозовой.

Суд начался в апреле 2016 года. На скамью подсудимых, помимо Чикишевой, сели ее тогдашние коллеги — заведующая акушерским отделением «двойки» Наталья Анисимова, акушер-гинеколог и лечащий врач Морозовой Оксана Тищенко, хирург Валерий Чикишев, оперировавший Морозову и Гайсину, и акушер-гинеколог Пелагея Артеменкова.

Гособвинение, опираясь на экспертизу, выполненную Санкт-Петербургским бюро СМЭ, утверждало, что при оказании медицинской помощи погибшим пациенткам были допущены дефекты. К примеру, Оксану Морозову могли бы спасти, если б вовремя установили диагноз. Кроме того, во время операции 11 мая Морозовой требовалось удалить матку, что дало бы ей шанс выжить. Сохраненный врачами орган стал источником инфекции в организме.

Елене Гайсиной нужно было провести кесарево сечение сразу же, как только у нее стали проявляться симптомы осложнения нормальной беременности. Как указали в заключении эксперты, «Не позднее 9 часов 30 минут 21 сентября 2014 года Елене было показано досрочное родоразрешение путем операции кесарево сечение — что было выполнено несвоевременно. <…> Запоздалое проведение кесарева <…> состоит в причинно-следственной связи с летальным исходом». Впрочем, специалисты питерского бюро СМЭ посчитали, что это нельзя квалифицировать, как дефект медпомощи, поскольку 21 сентября пациентка подписала отказ от кесарева (хотя родственники Гайсиной утверждают, что она ничего не подписывала. — «МБХ медиа»). А в ГКБ № 1 женщине должны были первым делом удалить матку и придатки. Счет шел на часы. Но операцию сделали позднее (24 и 25 сентября) и в два этапа, лишив, таким образом, Елену «оставшихся шансов на благоприятный исход».

Однако дальше случилось нечто неожиданное. Во время одного из заседаний эксперт Санкт-Петербургского бюро СМЭ (его допрашивали посредством видеоконференцсвязи) внезапно отказался от своих выводов, что выглядит, по мнению потерпевшей стороны, как минимум, странно.

— Нам омские чиновники прямо в глаза говорили, что мы ничего не добьемся, что они еще с нами поборются. Я считаю, что для них дело одного звонка — уладить вопрос с экспертом, — Руслан озвучивает версию, которой придерживаются родственники погибших.

Суд назначил проведение новой экспертизы — на этот раз обратились в Свердловское бюро СМЭ. Заключения пришлось ждать полтора года. Уральские эксперты встали на сторону омских врачей, почти полностью оправдав их действия.

Нина Иванова, мать Оксаны Морозовой. Фото: Лика Кедринская / МБХ медиа

Нина Иванова, мать Оксаны Морозовой. Фото: Лика Кедринская / МБХ медиа

С надеждой на справедливость

Только под самый занавес процесса подсудимые все-таки нашли в себе силы извиниться (впервые за все это время!) перед родственниками Лены и Оксаны, но сделали это предельно формально, даже не повернувшись лицом к тем, у кого просили прощения.

В последнем слове врачи подчеркивали, что все сделали правильно, перечисляли все приказы Минздрава и стандарты медицинской помощи, которыми руководствовались. Валерий Чикишев, например, решение об объеме выполненной 11 мая операции Оксане Морозовой принимал не сам лично, а опираясь на решение консилиума. Ситуация действительно складывалась нестандартная, но причина смерти женщины — это не осложнения после родов, а хирургическое заболевание (спаечная болезнь брюшной полости), которое практически невозможно диагностировать в условиях роддома.

В случае с Еленой Гайсиной, настаивали врачи, роковую роль сыграл тот факт, что она якобы дважды отказывалась от досрочного родоразрешения.

— Врачи утверждают, что предлагали Лене родоразрешение 15 сентября и кесарево 21 сентября, а она будто бы отказалась. Но почему тогда нет ее подписи на отказе? — негодовал Руслан, комментируя слова акушеров-гинекологов. — В ходе допроса в суде врач Сергей Хитрин, чья подпись под этой бумагой стоит (в отличие от Лениной), честно признался: заведующая отделением Чикишева принесла ему отказной лист моей жены и велела расписаться. Он расписался. И это их «доказательство»! А я знаю все от Лены. Я каждый день по нескольку раз с ней созванивался. Она при поступлении в роддом подписала согласие на проведение всех манипуляций! Никаких отказов она не визировала! Скажу больше: 15 сентября ей дали препарат для подготовки плода к родам. Он нужен, чтобы у ребенка легкие раскрылись. Лена обрадовалась, сразу сообщила об этом мне. Она так мечтала стать мамой, так ждала малыша… А теперь вдруг выясняется, что она в этот день им сказала, что не будет рожать. Что за бред?

На суде родители Оксаны Морозовой рассказали, что после смерти дочери их пригласила к себе на прием заместитель министра здравоохранения Омской области Ольга Богданова. Чиновница выразила им соболезнования и предложила путевки в санаторий. Они отказались. Тогда будто бы Богданова обронила одну фразу, навсегда врезавшуюся им в память: «Медицина ненаказуема». Вспомнила Нина Иванова про ненаказуемость и сегодня, после того, как выслушала приговор, заставивший ее разрыдаться.

Зато не скрывали своей радости врачи, приехавшие на суд из разных медучреждений города, чтобы поддержать своих коллег. Кто-то намеревался отметить победу, другие обнимались и вытирали слезы облегчения. В сторону убитых горем родителей никто даже не взглянул.

Адвокат Артеменковой Людмила Харламова заявила, что будет стремиться к полной реабилитации своей подзащитной. Светлана Чикишева от общения с корреспондентами отказалась.

Пострадавшие не захотели комментировать свои дальнейшие действия, но, скорее всего, они также будут обжаловать приговор.

— Две смерти друг за другом — это уже не случайность, — объяснял мне Руслан Гайсин за несколько дней до приговора. — А во втором роддоме меньше чем за полтора года умерли не только Лена и Оксана, но и еще три женщины! Я разговаривал с их родственниками. Две семьи не захотели доискиваться до причин, а третья — Гаврилины — выиграла суд*. Для меня довести начатое до конца и наказать виновных — дело принципа. Моя жена любила, чтобы все было по справедливости. И я не хочу предавать ее память.

* Речь идет о гибели 36-летней Елены Гаврилиной и ее ребенка. Женщина поступила в «двойку» в конце июля 2015 года. Из-за несвоевременно проведенного кесарева (врачи тянули время, надеясь на естественные роды) плод задохнулся в утробе. А через несколько дней умерла и роженица — от инфаркта. Адвокаты ответчиков упирали на то, что инфаркт у Елены произошел на фоне не выявленной ранее сердечной патологии, однако по заключению судебно-медицинской экспертизы к трагическому исходу привели шок и стресс, пережитые пациенткой.

В феврале 2018 года Советский районный суд Омска приговорил заместителя главврача роддома № 2 Наталью Новосельцеву к 1,5 годам колонии, акушер-гинеколог дородового отделения Сергей Хитрин получил год условно.

В мае 2018 года апелляционная коллегия Омского областного суда смягчила наказание Новосельцевой, переквалифицировав дело о смерти Елены Гаврилиной и ее ребенка со ст. 238, ч.2 УК РФ (оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности и повлекших по неосторожности смерть человека) на ст. 109, ч.2 (причинение смерти по неосторожности, вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей). Новосельцеву приговорили к двум годам ограничения свободы и освободили в зале суда (несколько месяцев она провела в СИЗО). Сергей Хитрин был полностью оправдан.

Ссылка на оригинал: https://zen.yandex.ru/media/mbkhmedia/nenakazuemaia-medicina-v-omske-vynesli-prigovor-po-delu-vrachei-obviniavshihsia-v-gibeli-rojenic--5b61f2700fcd3800a9acccd3?from=editor

Tags: врачебные ошибки
Subscribe
promo bogdan_63 december 1, 2021 13:42 950
Buy for 200 tokens
Очень рад, что вы заглянули в мой блог! Надеюсь, вам будут интересны мои записи. Предлагаю для начала посмотреть разделы: Мой сайт СССР Россия Медицина Медицинские байки Юмор Образование История Культура Буду рад всем новым друзьям. Присоединяйтесь, пообщаемся!…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments